Президент Трамп никогда особо не заботился о Республиканской партии как таковой. Он наслаждается ее восхвалением, и ему выгодно, когда Республиканская партия контролирует Конгресс. Но он никогда не придерживался ее догм и не чтил ее героев. Он также не был готов терпеть внутренние разногласия во имя широкой политики партии. Он требует абсолютной лояльности, но сам проявляет ее мало. Он не может не зацикливаться на своих личных приоритетах — таких как предложенный им бальный зал или его кампания возмездия против воспринимаемых мучителей — в ущерб политическим интересам своей партии. На избирательных бюллетенях Дональд Трамп (MAGA) было бы точнее, чем Дональд Трамп (R).
Менее чем за пять месяцев до промежуточных выборов расхождение между тем, что Трамп считает хорошим для Трампа, и тем, что хорошо для Республиканской партии, никогда не было таким большим. Приоритеты Трампа, похоже, во многом вредят шансам Республиканской партии в ноябре, когда она и так сталкивается с серьезными трудностями в сохранении контроля над Конгрессом. Война, которую он начал с Ираном, поставила экономические трудности американцев на передний план, когда выросли цены на бензин. Любая видимость национальной законодательной повестки дня испарилась, поскольку он продвигает маловероятные законопроекты, которые его собственная партия отказывается принимать. И его одержимость строительством в Вашингтоне, округ Колумбия, и вокруг него, можно с уверенностью сказать, не свидетельствует о руководителе, сосредоточенном на проблемах простых граждан.
Тем временем Трамп использовал свое влияние в партии как широкий меч, поддерживая кандидатов на праймериз против действующих лиц, которые ему не подчиняются. В этом году у Трампа идеальный послужной список поддержки: все 118 кандидатов — на выборы в Палату представителей, Сенат и губернаторов — которых он поддержал на праймериз, победили, по данным Fox News (хотя многие из этих гонок на самом деле не были конкурентными). Даже несмотря на то, что власть Трампа над своей партией, кажется, достигла пика, многие республиканцы считают, что президент фактически ускорил свой собственный политический упадок. Многие из этих победителей праймериз могут столкнуться с трудностями в ноябре, омрачая перспективы Республиканской партии сохранить контроль над Конгрессом. И по крайней мере некоторые из побежденных действующих лиц, которые будут работать в Капитолии до следующего января, теперь чувствуют себя свободными противостоять тому, что им не нравится в повестке дня Трампа. Другие в Сенате, чьи сроки полномочий истекают, горько сожалеют о роли президента в поражении их коллег и проявляют мало интереса к тому, чтобы помогать ему проводить его личную кампанию мести.
«Проблема в том, что вокруг него нет никого, кто был бы готов сказать ему: „Господин, то, о чем вы говорите, невозможно, и вы каждый раз стреляете себе в ногу“», — сказал нам один советник сенатора-республиканца. «Он, по сути, сам себя сделал „хромой уткой“ в погоне за возмездием, и либо сотрудники не смогли привести разумные аргументы против этих действий, либо они сказали ему это, а он больше не слушает». В любом случае, партия проигрывает.
С тех пор как Трамп вернулся в Белый дом, очень немногие республиканцы осмеливались ему противостоять. Большинство отложили свои личные опасения, чтобы поддержать его курс на введение тарифов и массовую депортацию, при этом выражая незнание усилий Трампа по обогащению себя и своей семьи. («Я не видел этой истории» — распространенная фраза.) В редких случаях, когда законодатель сопротивлялся его воле, Трамп обращал на это внимание и ждал своего часа для мести. Представитель Томас Масси из Кентукки, судя по его истории голосования, был надежным консерватором. Но он также был видным голосом республиканцев, призывающим к публикации материалов дела Эпштейна. Трамп выступил против публикации (что необычно, ему не удалось добиться своего), раскритиковал конгрессмена из Кентукки и поддержал его соперника на праймериз. Масси проиграл. Семь законодателей штата Индиана нарушили планы Трампа по переделу их штата в пользу Республиканской партии. Трамп поддержал их основных претендентов. Пять действующих лиц проиграли; еще один ждет пересчета голосов.
Самые большие потрясения произошли в Сенате. Ни один современный президент не поддерживал претендентов против двух действующих сенаторов от своей партии. Но Трамп успешно поддержал генерального прокурора Техаса Кена Пэкстона против четырехкратного действующего сенатора Джона Корнина на праймериз во вторник, а также помог сместить сенатора Билла Кэссиди из Луизианы. Тем временем сенатор Том Тиллес из Северной Каролины настолько устал от Трампа, что решил уйти в отставку. Но отвергнутые сенаторы могут быть яростными противниками. Республиканское большинство из 53 уже было несколько шатким из-за периодических дезертирств двух относительно умеренных сенаторов, Сьюзан Коллинз из Мэна и Лизы Мурковски из Аляски. Добавьте к этому Тиллеса, Корнина, Кэссиди и уходящего в отставку бывшего лидера большинства Митча МакКоннелла, и хватка Трампа над палатой начинает выглядеть ненадежной.
Чистка президентом кандидатов, которые доказали, что могут выиграть всеобщие выборы, в пользу новичков, сосредоточенных на угождении ему, означает, что партии теперь придется приложить больше усилий, чтобы иметь шанс на победу в ноябре. Некоторые стратеги считают, что гонка в Сенат США в Техасе с Пэкстоном в бюллетене может потребовать до 100 миллионов долларов дополнительного финансирования Республиканской партии из других штатов, как потому, что Пэкстон является менее эффективным сборщиком средств, чем Корнин, так и потому, что его бурное прошлое делает его более уязвимым для атак демократов. Хотя демократы часто расхваливали, но редко добивались успеха в Lone Star State, они видят в Пэкстоне более слабого противника для законодателя штата Джеймса Таларико. Победа Таларико в Техасе может передать Сенат демократам; даже если он проиграет, отвлечение ресурсов Республиканской партии на Пэкстона может поставить под угрозу другие штаты.
Лидер большинства в Сенате Джон Тюн не скрывал своей поддержки Корнина. Когда Трамп и Тюн разговаривали 18 мая, звонок был настолько напряженным, что Тюн после него сказал своим советникам, что думал, что Трамп поддержит Пэкстона. Сенатор Тим Скотт из Южной Каролины, возглавляющий Национальный комитет Республиканской партии в Сенате, последовал своему предложению в пользу Корнина в менее напряженном разговоре с президентом, сообщили нам люди, осведомленные об этих обменах. На следующий день Трамп поддержал Пэкстона. (Внутренние опросы уже показывали, что Пэкстон опережает, но поддержка президента превратила соревнование в разгром.)
Тюн, в частности, временами взывал к небу перед упрямством президента. Трамп, в свою очередь, жаловался другим сенаторам-республиканцам, что верхняя палата неэффективна и недостаточно лояльна. «Определенно есть разочарования, которые не исчезнут», — сказал нам один человек, знакомый с этими обменами, — «и у Тюна нет желания их разрешать».
Трамп был настолько разочарован неспособностью Сената принять Закон о спасении Америки (SAVE America Act) — законодательство, призванное ужесточить контроль над такими различными вопросами, как права избирателей-иммигрантов и трансгендерные операции, — что он поддержал идею «говорящего филибостера» по рекомендации Майка Ли из штата Юта. (Говорящий филибостер — это редко используемая тактика, во время которой сенаторы задерживают голосование по законопроекту, отказываясь уступать трибуну, тем самым заставляя очень долгие дебаты.)
Тюну пришлось выполнять неблагодарную задачу, объясняя Трампу, что такой подход также позволит демократам предлагать свои поправки. Это могло бы привести к голосованиям по таким вопросам, как тарифы, война в Иране и права на аборты, где республиканцам пришлось бы выбирать между неповиновением президенту и предоставлением демократам аргументов для осени. Законодательство остается в подвешенном состоянии.
Сенаторы-республиканцы продемонстрировали другие вспышки независимости. Тиллес удерживал номинацию Трампа на пост председателя Федеральной резервной системы до тех пор, пока Министерство юстиции не прекратило преследование Джерома Пауэлла. Рэнд Пол, Мурковски, Коллинз и Кэссиди проголосовали за принятие резолюции, которая потребовала бы от Трампа получения одобрения Конгресса для продолжения войны в Иране. (Республиканцы в Палате представителей отменили голосование по этой мере из-за опасений, что она может пройти.) А ранние надежды на то, что Конгресс одобрит 1 миллиард долларов на обеспечение безопасности для бального зала Белого дома, были разрушены после сопротивления со стороны некоторых законодателей-республиканцев и решения парламентского отдела Сената. Трамп приказал Тюну уволить парламентского секретаря; лидер большинства отказался.
На прошлой неделе, все еще обижаясь на поддержку Пэкстона, Сенат ушел на перерыв, вместо того чтобы рассматривать план Трампа по созданию фонда стоимостью почти 1,8 миллиарда долларов для предполагаемых жертв «военизации» правительства. План был широко и немедленно раскритикован по двум причинам: возможность компенсации для бунтовщиков, напавших на Конгресс 6 января 2021 года, и гарантии, которые навсегда защитили бы Трампа, его семью и его бизнес от проверки IRS. «Итак, главный правоохранительный орган страны просит о «кассе» для выплаты людям, нападающим на полицейских? Абсолютно глупо, морально неправильно — выбирайте сами», — сказал МакКоннелл в своем заявлении. Судьба фонда теперь неясна.
В выходные иранские ястребы в Сенате, которые обычно были неразлучны с Трампом — Линдси Грэм, Тед Круз, Роджер Уикер — были в ярости от заявленных условий мирного договора с Ираном, который президент расхваливал как неминуемый. Белый дом пытался заставить замолчать возражения, но график подписания соглашения заметно замедлился, и ничего не было подписано.
В Палате представителей, где большинство республиканцев еще более шаткое, чем в Сенате, Трамп также столкнулся с неповиновением. Масси, Кевин Кили из Калифорнии и Дон Бейкон из Небраски нарушили ряды, чтобы дать демократам возможность выступить против тарифов Трампа на Канаду. Бейкон уходит в отставку после критики внешней политики Трампа. Кили тем временем обнаружил, что его избирательный округ был ликвидирован, поскольку лидеры Калифорнии приняли ответные меры на перераспределение голосов республиканцами в Техасе. Кили объявил, что будет баллотироваться на переизбрание в новом округе — как независимый.
Стивен Чун, директор по коммуникациям Белого дома, преуменьшил значение внутреннего раскола в Республиканской партии. «Президент Трамп — неоспоримый лидер Республиканской партии», — заявил он нам. «Не ищите дальше его идеального и безупречного послужного списка за последний год — 100% успех для его предпочтительных кандидатов, что доказывает, что его поддержка является самой мощной в истории».
Уже много месяцев республиканцы яростно надеются, что внимание Трампа переключится на вопросы, которые могли бы помочь партии в ноябре. Вместо этого он был поглощен соглашением о мире с Ираном и своими проектами: новая краска для Отражающего бассейна, триумфальная арка у Национального кладбища Арлингтон, превращение государственного поля для гольфа в Вашингтоне, округ Колумбия, в чемпионские поля и, конечно же, бальный зал. Экономика? Не так уж и много.
Недавний опрос Quinnipiac показал, что 45 процентов избирателей считают, что позволить себе бензин сейчас несколько или очень трудно, по сравнению с 29 процентами в декабре. Тот же опрос показал, что 55 процентов избирателей, включая 16 процентов республиканцев, «сильно» винят Трампа в росте цен, а 56 процентов избирателей выступили против военных действий США против Ирана.
Несмотря на обещания Белого дома о том, что президент будет проводить мероприятия по всей стране для продвижения экономических решений, Трамп в основном оставался в Вашингтоне (или в Мар-а-Лаго) и заявлял, что кризис доступности — это демократический «обман». Он, похоже, не заинтересован в выполнении своих предвыборных обещаний по снижению цен. Ранее в этом месяце президент фактически подарил демократам рекламный ролик, сказав: «Я не думаю о финансовом положении американцев», когда его спросили о влиянии войны в Иране. В среду, настаивая на том, что внутренние политические соображения не будут учитываться в его переговорах с Тегераном, Трамп заявил: «Меня не волнуют промежуточные выборы». Многие республиканцы, вероятно, кивнули в знак смиренного согласия.
