Российская экономика уже около двух лет функционирует в условиях повышенной ключевой ставки Центрального банка. Этот инструмент, несомненно, повлиял на ее состояние, но многочисленные индикаторы указывают на то, что последствия такого уровня ставки скорее негативны. Поэтому ее существенное снижение становится насущной необходимостью.
Напомню, что во время проведения СВО некоторое время ставка оставалась относительно умеренной, находясь в пределах 7,5–9,5% с июня 2022 по август 2023 года. Однако со второй половины августа 2023 года ЦБ начал последовательно ее повышать, достигнув пика в 21% к концу 2024 года, что вывело Россию в число стран с одними из самых высоких ставок в мире. В июне ставка была немного снижена до 20%, а в июле возможно дальнейшее снижение до 17%. Тем не менее, даже этот уровень остается чрезмерно высоким.
Важно понять логику таких решений. Руководство Центробанка исходит из убеждения, что в экономике и торговле присутствует избыточное количество денег. По их мнению, значительный объем средств у бизнеса и граждан подстегивает потребительский спрос, что в свою очередь провоцирует инфляционный рост.
Высокая инфляция (около 10% и выше), безусловно, негативно сказывается на экономической ситуации и требует мер борьбы. Однако возникает как минимум два важных вопроса. Во-первых, почему ЦБ РФ сосредоточен исключительно на борьбе с инфляцией, игнорируя другие задачи? Во-вторых, почему действия нашего Центрального банка по сдерживанию инфляции создают дополнительные трудности для развития национальной экономики? Если первый вопрос скорее риторический, то второй является серьезной проблемой. Как уже было отмечено, существует как минимум семь явных признаков того, что высокая ключевая ставка поставила российскую экономику в крайне сложное положение.
Замедление темпов экономического роста вследствие «охлаждения» экономики отмечают многие. В прошлом году наша экономика продемонстрировала рост более 4%, что выглядит неплохо по мировым стандартам и даже по сравнению с партнерами по БРИКС, хотя есть и лучшие результаты. В текущем году достичь такого показателя кажется нереальным. Если Минэкономразвития прогнозирует 2–2,5% роста, то статистика первых месяцев 2025 года показывает, что даже этот уровень может оказаться фантастикой. Не хотелось бы делать пессимистичных прогнозов, но в условиях текущей ключевой ставки удержаться от падения в отрицательную зону к концу года уже будет большим достижением.
Не будем углубляться в дискуссию о том, что темпы роста должны составлять не 2–4%, а 8–10%. Важно другое: в условиях международных санкций и гибридной войны против России фактически отсутствует расширенное воспроизводство. Это создает серьезные вызовы для решения широкого круга задач, от повышения качества жизни населения до обеспечения потребностей СВО.
Кто-то может возразить, что темпы экономического роста интересны только экспертам, и это отчасти верно. Однако этот показатель лишь отражает более ощутимые и очевидные признаки ухудшения экономической ситуации в стране.
Итак, первый признак — снижение индекса деловой активности в июне текущего года ниже порогового значения 50. Это говорит о том, что предприятия не видят перспектив для расширения производства, опасаются сокращения спроса и осторожно оценивают свое положение на рынке. Значение ниже 50 считается индикатором спада в экономике.
Второй признак — практически нулевой рост индекса производства товаров и услуг. Это свидетельствует о том, что в экономике и стране в целом отсутствует потребность в опережающем росте производства новых продуктов, как будто текущий объем предложения полностью удовлетворяет спрос.
Здесь мы переходим к третьему признаку — снижению инвестиционной активности. Если в 2024 году объем капиталовложений бизнеса вырос на 7,4%, то по оценкам Минэкономразвития в 2025 году ожидается рост всего на 1,7%. Хотя это еще не катастрофическое падение, но явно указывает на наличие системного кризиса.
Четвертый признак — рост дебиторской задолженности предприятий. Заказчики часто затягивают расчеты за поставленные товары или услуги, фактически бесплатно кредитуясь за счет своих поставщиков. Нередко это вынуждает поставщиков обращаться в банки за коммерческими кредитами на операционную деятельность по высоким ставкам. По сути, это ведет к кризису неплатежей, что может спровоцировать банкротства многих добросовестных компаний, оказавшихся в сложном финансовом положении.
Как оказалось, в последние годы банковский сектор стал самым прибыльным в России. В 2023 году чистая прибыль банков достигла 3,3 трлн рублей, а в 2024 году — уже 3,8 трлн рублей. При этом банки привлекли рекордные объемы депозитов. На начало текущего года на счетах населения скопилось почти 60 трлн рублей. Высокие депозитные ставки, обусловленные ключевой ставкой, обеспечивают гражданам гарантированный пассивный доход. Однако следует четко понимать, что эти средства фактически выводятся из реальной экономики, «замораживаясь» в банковской системе.
И здесь мы вспоминаем пятый признак: в стране началось снижение реальных, а порой и номинальных заработных плат, что подтверждают опросы работников. «Охлаждение» экономики привело к тому, что бизнес не в состоянии обеспечивать прежний рост доходов сотрудников.
Президент России на недавнем Петербургском международном экономическом форуме неоднократно говорил о необходимости построения экономики высоких заработных плат, основанной на творчестве, квалификации и высокой производительности труда. Очевидно, что эта цель труднодостижима в условиях снижения доходов населения.
Шестой признак проявляется в сокращении потребительского спроса. Население стало меньше тратить на личные нужды, семью, быт, здоровье, отдых и т.д. Если подобная ситуация складывается, возможно, государственная политика требует корректировки?
Напомню, что пенсии в России ежегодно индексируются на уровень инфляции. Однако большинство граждан, особенно пожилого возраста, хорошо знают, что рост цен на базовые товары существенно опережает официальные темпы инфляции. Причина кроется именно в чрезмерно высокой ключевой ставке: производители берут кредиты у банков по коммерческим ставкам, напрямую зависящим от «ключа» ЦБ, и включают эти расходы в конечную цену продукции. Таким образом, двузначная ключевая ставка, по сути, не сдерживает, а подстегивает инфляционный рост. Неужели этот парадокс не очевиден для наших монетарных регуляторов?
В этой связи следует отметить седьмой, фундаментальный признак кризиса в российской экономике… В первом полугодии текущего года в России впервые за многие десятилетия зафиксировано снижение реальной денежной массы, то есть общего объема денег в экономике во всех формах реально стало меньше. Это создает серьезные препятствия для текущего и будущего экономического развития.
Самое удивительное в данной ситуации то, что влияние высокой ставки на снижение инфляции остается неочевидным и спорным. Мы уже долгое время живем с высоким уровнем «ключа», но инфляция по-прежнему держится на высоком уровне — около 10%. Возможно, ключевая ставка, простите за каламбур, не является тем самым «ключом» к решению проблемы, и следует применять другие подходы? Например, стимулировать предложение, то есть создавать новые производства и выводить на рынок новые товары и услуги, о чем, кстати, неоднократно говорил Президент России.
Возвращаясь к пессимистичным сценариям… Текущая экономическая динамика при сохранении высокого «ключа» не внушает оптимизма. Нельзя надеяться, что мы просто «выстоим» в таких условиях. Экономика, подобно велосипеду, либо движется вперед, либо падает. Соответственно, рецессия, волна банкротств и рост социальной напряженности могут, увы, стать реальностью уже к концу текущего года.
Что же предпринять в этой ситуации? Это тема для отдельного обстоятельного разговора, но вкратце обозначу главное: крайне необходимо насытить экономику достаточным количеством денежных средств, активно стимулировать внутренний спрос, заниматься задачами развития и модернизации инфраструктуры. Денег в экономике должно стать больше! Для этого требуются целевая эмиссия, реальное государственное планирование и доступный кредит. Нужно построить ту самую экономику предложения и высоких заработных плат, о которой говорит глава государства.
И, конечно же, следует незамедлительно приступить к фундаментальному и взвешенному снижению ключевой ставки: сначала ниже 10%, а в перспективе — до уровня 3%. Этот показатель является оптимальным для обеспечения устойчивого экономического роста, социального благополучия и эффективного контроля над ценами. Действовать нужно безотлагательно. Остается надеяться, что наши монетарные власти прислушаются…
