OpenAI сталкивается со значительной критикой после объявления 28 февраля о сделке с Пентагоном. Соглашение, предоставляющее оборонному ведомству США доступ к моделям искусственного интеллекта OpenAI, вызвало серьёзные опасения по поводу потенциального использования технологий ИИ в военных целях. Эта критика появилась вскоре после того, как конкурент Anthropic публично отклонил аналогичное предложение, ссылаясь на этические возражения против применения ИИ для автономного оружия или массовой внутренней слежки.
Разгоревшийся скандал немедленно повлёк за собой последствия для OpenAI. Кэйтлин Калиновски, руководитель отдела робототехники компании, подала в отставку, заявив, что такие вопросы, как наблюдение без судебного надзора и летальная автономность, требовали более тщательного обсуждения. Другие сотрудники OpenAI также выразили своё неодобрение, некоторые из них высказали уважение к позиции Anthropic и призвали к большей прозрачности со стороны OpenAI.
Реакция потребителей была быстрой и ощутимой. Количество удалений приложения ChatGPT подскочило почти на 300% в день объявления сделки, и многие пользователи перешли на Claude, который впоследствии возглавил чарты магазинов приложений. Протесты также прошли у штаб-квартиры OpenAI в Сан-Франциско, где активисты призывали к движению «QuitGPT» и выражали более широкую критику руководства компании.
Сделка также привлекла внимание законодателей. Представитель Демократической партии Калифорнии Сэм Ликкардо предложил поправку, призванную защитить разработчиков, внедряющих меры безопасности для высокорисковых технологий ИИ, хотя она в конечном итоге не была принята. Сенатор Брайан Шатц также публично заявил о переходе на Claude.
В ответ на растущую критику, генеральный директор OpenAI Сэм Альтман признал, что процесс заключения сделки был «поспешным» и «небрежным». Он предпринял шаги по изменению контракта, добавив явные гарантии, запрещающие Пентагону использовать модели OpenAI для массовой внутренней слежки или с «коммерчески полученными» данными. Альтман подчеркнул необходимость ответственного использования ИИ в целях национальной безопасности, при этом сохраняя чёткие «красные линии» против определённых видов применения.
