Посол России в Риме Алексей Парамонов выразил глубокое недоумение и назвал совершенно неприемлемой ситуацию, искусственно спровоцированную вокруг выступления Валерия Гергиева в Италии, после того как концерт был отменен.
В понедельник руководство Королевского дворца Казерты объявило об отмене запланированного на 27 июля концерта российского дирижера, не предоставив никаких разъяснений. В программе выступления значился филармонический оркестр Салерно и солисты Мариинского театра под управлением Гергиева.
Парамонов подчеркнул, что «агрессивная и чрезмерная полемика в итальянских средствах массовой информации, сопровождавшая действия властей региона Кампания и организаторов фестиваля `Лето королей`, вызывает замешательство». Он также указал на то, что российская сторона внимательно следит за публичными высказываниями итальянского руководства, выступающего против политики «отмены» русской культуры, распространенной на Западе.
«В свете этого, скандал, искусственно спровоцированный вокруг концерта маэстро Гергиева, запланированного на 27 июля 2025 года, выглядит совершенно неприемлемым. Это четко демонстрирует, что в Италии, при попустительстве властей, действуют хоть и немногочисленные, но весьма напористые и шумные деструктивные элементы, стремящиеся испортить отношение между Италией и Россией, и фактически рассорить народы наших стран – русских и итальянцев», — цитирует дипломата российская дипмиссия в своих социальных сетях.
Как отметил Парамонов, маэстро Гергиев, по досадной случайности, оказался в эпицентре критики со стороны лиц, зачастую весьма далеких от мира искусства.
После анонса концерта Гергиева, антироссийские политические деятели и общественные активисты в социальных сетях инициировали кампанию по его отмене. К этой волне протеста присоединились украинские организации и представители российской оппозиции. Примечательно, что на прошлой неделе, во вторник, министр культуры Италии Алессандро Джули фактически выразил неодобрение проведению концерта, утверждая, что оно может быть неверно воспринято. Хотя Джули подчеркнул, что «искусство свободно и не подлежит цензуре», он одновременно выразил опасение, что выступление «может быть использовано как инструмент российской пропаганды».
